Выступления

• Спрашивает, почему вместо декриминализации и снижения давления на предпринимателей рассматривается законопроект, предусматривающий кратное повышение штрафов по ряду экономических составов преступлений.
• Спрашивает, не усматривает ли правительство противоречия между предлагаемым ужесточением финансовых санкций и ранее обозначенной президентом задачей по декриминализации и снижению давления на предпринимателей.

«почему вместо движения в сторону декриминализации и снижения давления в отношении предпринимателей мы рассматриваем законопроект, предусматривающий кратное повышение штрафов по ряду экономических составов преступлений»

• Сообщает, что федеральным законом от 6 апреля 2024 года № 79-ФЗ в Уголовный кодекс были внесены изменения, позволившие декриминализировать примерно 30 процентов составов экономических преступлений.
• Утверждает, что по 13 статьям из 35, в которые вносятся изменения, размеры штрафов не менялись с 2003 года, а по другим статьям — с 2011 года, и не соответствуют действительности.
• Заявляет, что со стороны правительства не видит противоречия между уже сделанным и предлагаемым, и что это отвечает интересам бизнес-сообщества.

«Поэтому со стороны правительства мы не видим противоречия между тем, что уже сделано, и тем, что мы предлагаем, тем более что это отвечает интересам бизнес-сообщества.»

• Сообщает, что статьи приводились в соответствие с социально-экономической реальностью путём умножения существующих штрафов на уровень накопленной инфляции по данным Росстата с момента внесения изменений.
• Утверждает, что в Уголовном кодексе заложен принцип: чем выше размер ущерба по преступлению, тем выше размер штрафа, и здесь ничего не меняется.
• Считает, что по этой статье может быть назначено лишение свободы в зависимости от серьёзности ущерба и опасности лица, поэтому всё соразмерно и логично.

«Поэтому нам кажется, что здесь всё соразмерно и довольно логично.»

• Сообщает, что анализ статистики Судебного департамента при Верховном Суде за последние пять лет показывает рост назначения штрафов за экономические преступления примерно на 30 процентов.
• Считает, что штрафы востребованы, а суды по экономическим преступлениям не стремятся выносить приговоры о лишении свободы, и предприниматель может продолжать деятельность, заплатив штраф.
• Утверждает, что предпринимательскому сообществу помогают избежать таких вариантов наказания, как лишение свободы.

«зачем предпринимателя держать в местах лишения свободы, если он может заплатить штраф и дальше продолжать работать, это выгодно и ему, и государству»

• Поддерживает логику, при которой за экономические преступления предусмотрены экономические наказания, но не может поддержать рассматриваемый законопроект.
• Обращает внимание, что законопроектом предлагается кратное увеличение штрафов по ряду статей Уголовного кодекса: по статье 146 — до 1 миллиона рублей вместо 200 тысяч, при особо крупном ущербе — до 2,5 миллиона рублей вместо 500 тысяч, по статье 171 — до 1,5 миллиона рублей вместо 300 тысяч.
• Считает, что после применения таких санкций человек лишается возможности продолжать предпринимательскую деятельность и остаётся в долгах, а законопроект противоречит целям создания благоприятных условий для ведения предпринимательской деятельности.

• Поддерживает замену лишения свободы денежным штрафом, чтобы людей не сажали в тюрьму.
• Предлагает рассчитывать размер штрафа исходя из среднего ежемесячного или годового заработка нарушителя, умноженного на срок, который он мог бы получить в виде лишения свободы.
• Считает недопустимым увеличение штрафа за подделку денежных знаков с 1 миллиона до 5 миллионов рублей.

«А я всё-таки считаю, что размер штрафа надо считать по-другому.»